@artvicky   2 weeks ago visitor: 113   follow: 2   favorite: 0

во всех смыслах запоздалое "примирение"

Мы сидели друг напротив друга в моей любимой кофейне на Казанской улице. С нашей последней встречи прошло более пяти месяцев, считай, полгода. Это слишком большой период в целом, но для нас — знавших друг друга чуть больше месяца — это сродни бесконечности.

Я старалась держаться как можно более невозмутимо. Начала весело рассказывать о своих приключениях в новом городе, поисках своего proper place и всём таком и вконец так увлеклась, что действительно в это поверила и была с ним совершенно естественна. Как если бы передо мной сидел не он, а любой другой. Хотя раньше, когда я думала, как пройдет наша встреча, — а я знала, что она непременно случится, — то представляла, что буду холодной леди, которая сожгла ледяным пламенем все воспоминания о нём.

Вот мы сидим друг напротив друга в удобных креслах. Передо мной стоит латте и почти растаявшее мороженое, перед ним — чай. Я много говорю и почти не смотрю на него, но не потому, что избегаю взгляда, а просто так легче. Горжусь собой и своей простотой. Наконец заканчиваю рассказ и поднимаю на него глаза: его очередь рассказывать. Но он только молча смотрит на меня, неотрывно и как-то слишком серьёзно.

Этого взгляда я боялась больше всего. Собираю все силы и, переменяя позу на несколько более расслабленную, отвечаю на его взгляд своим. Чуть приподнимаю лицо, как бы говоря, что я не боюсь и ничего не чувствую. Эдакий взгляд победительницы с легкой полуулыбкой на лице. Но он не отвечает на неё.

Как много в его взгляде. Но чего? Главное сейчас — не начать думать об этом.

Только бы он не заметил, как я сглатываю слюну от волнения.

Боже, почему у него такое спокойное лицо? И почему внутри меня, где-то в животе, или чуть выше, появляется дрожь?

Я больше не могу, не могу отвечать на этот взгляд. Если глаза — это зеркало души, то хочу, чтобы оно отражало то же самое спокойствие, граничащее с равнодушным изучением, что я вижу у него.

О дорогая, вспомни, как тебе было больно тогда, когда весь мир вокруг как будто сговорился и погрузился в непрекращающийся праздник, а ты неслась на роликах в отчаянии и растянутом свитере далеко в ночь. Сейчас и уже месяц точно, как ты освободилась от него. И всех этих удушающих воспоминаний. Неужели я всё ещё..? Нет!!

Официантка, словно обладая божественным даром эмпатии, решила вмешаться и остановить эту пытку. С улыбкой она обратилась к нему, а я с благодарностью перевела взгляд сначала на неё и потом снова на него, пары мгновений оказалось достаточно, чтобы восстановиться и успокоить дыхание:

— Вы что-нибудь выбрали?

На вопрос он отреагировал не сразу. Затем довольно резко повернул голову вправо и уверенно произнес:

— Да, я хочу горячий сэндвич с индейкой и.. — мимолетный взгляд на раскрытое меню — с вялеными помидорами и моцареллой. Только пусть он будет, если можно, погорячее. Спасибо. А ты будешь что-нибудь?

— Нет, спасибо. Я всё ещё надеюсь расправиться с мороженым.

Милая официантка повторила заказ, резво развернулась и оставила нас вдвоем. Я решила воспользоваться минутой, снизить градус и завести разговор:

— Ну а как твои дела?

— Хочу поцеловать тебя.

— А я тебя, — чуть помедлив тихо ответила я.

Эрик Берн и один мой друг, его ярый последователь, поздравили бы нас с тем, что мы перестали играть в свои игры. И теперь представляем собой тот редкий и оттого счастливый случай, когда наконец встретились два «взрослых». И вот удача — никаких преград для взаимодействия в виде перекрёстных трансакций. Совет вам да любовь!

Но всё-таки я не была до конца уверена ни в себе, ни в нём.

Кто он, этот человек, сидящий напротив меня? «Взрослый» или всё тот же мужчина-мальчик с маниакальной идеей снова научиться чувствовать, потакающий всем свои желаниям? Я не знаю.

А кто я?

Мама бы не одобрила мой ответ, она сказала бы, что нужно послать его к чёрту. И что не нужно было вообще с ним встречаться. Наверно, я должна была так поступить… Но вот опять я думаю о том, что сказала бы мама! Невыносимо.

А тем временем мы продолжали сидеть и молча смотреть друг на друга. Я представила, как он встаёт, подходит ко мне, наклоняется и целует. Почувствовала его тёплые губы на своих. Руку на моей щеке и затем в волосах. Что это? Зачем? Закончится ли это когда-нибудь?

Ситуация начала становиться абсурдной. Нужно что-то сделать, сказать, может быть, уйти? Вот и всегда в непонятной ситуации я ухожу. Этот страх открыться при всей своей обычной открытости. Он всё портит.

Вспомнила о мороженом. Можно есть его маленькими ложечками и переключиться на время на него, чтобы успокоить этот вихрь мыслей.

Опустила ложку в когда-то очень аккуратный шарик мятного мороженого и медленно начала размешивать. Поднесла ложку ко рту. Подумала, что нужно сделать это «красивее», усмехнулась и откинулась на спинку кресла. Напряжение было снято.

— Где чёртов сэндвич? — я постепенно возвращаюсь к своему естественному состоянию, маркером служит использование мною дерзких словечек: я всё ещё не я, но уже близка. — Мне через полчаса нужно быть в другом месте, я не думала, что мы с тобой так засидимся. А вот и он!

— Прошу прощения, не могли бы вы его завернуть нам с собой и принести счет? — произнес он. «Нам». «Как мило, мне ведь не послышалось?» — усмехнулась во второй раз я, но уже про себя.

— Да, конечно. Секунду.

Он запросто посмотрел на меня и сказал:

— Тогда пойдем.

Когда мы приближались к выходу, наша официантка подбежала к нам и сказала: «Вы очень красивая пара! Всего хорошего!».

В благодарность мы как-то неловко улыбнулись ей и себе и вышли. «Красивая пара». Смешно. А что, если только это нам друг в друге и нравится?

— Тебе куда сейчас? Я могу тебя подкинуть.

— Это недалеко, я пройдусь, но спасибо. — сказала я и подумала: «Ещё чуть-чуть и свобода».

— Увидимся завтра?

— Заезжай за мной в восемь.


@adaguseva    #2 weeks ago + 1

Главное не обжечься снова сэндвичем погорячее